Итак, США и Израиль начали атаку на Иран, о которой давно говорилось.
Наносятся воздушные удары. В первую очередь – по центрам управления и безопасности.
Основных задач, как и в ходе предыдущего нападения в июне прошлого года, очевидно, две – задача-минимум, принудить Тегеран к полному отказу от ядерной программы и баллистических ракет (либо уничтожить и то, и другое военным путем). Задача-максимум - дезорганизовать госаппарат Ирана и свергнуть режим аятоллы.
В ходе прошлогодней войны ни одна из этих задач, по сути, решена не была. Хоть президент США Дональд Трамп и заявлял о полном уничтожении ядерной программы Ирана, однако доказательств тому не предоставил. Да и сам Тегеран официально ее прекращать отказывался. Не говоря уже о производстве баллистических ракет. Иранская власть также удержалась.
Однако сейчас ситуация для Тегерана серьезнее.
Во-первых, только недавно прошли массовые акции протеста, подавленные с большим трудом и большими жертвами. Во-вторых, на этот раз с самого начала в военной операции участвуют американцы, подтянувшие в регион крупные силы. А значит и удары будут намного интенсивнее.
Безусловно, одними ударами с воздуха свергнуть власть аятоллы, которая опирается на огромный и хорошо организованный аппарат КСИР, трудно. Однако, если они продляться долго с высокой степенью интенсивности, то могут полностью дезорганизовать жизнь страны и всю систему госуправления. Также могут быть уничтожены все ключевые промышленные объекты, включая энергетические и военные.
Поэтому перед Тегераном стоит выбор из двух вариантов.
Первый – быстро согласиться на все требования Трампа по ядерной программе и баллистическим ракетам в обмен на прекращение ударов. Судя по всему, именно такой вариант является предпочтительным и для президента США, который не хочет втягиваться в долгую войну.
Однако для иранской власти он означает фактически капитуляцию. Так как она, лишившись баллистического "щита", становится полностью беззащитной перед новыми ударами. Да и внутри страны наверняка такие уступки приведут к резкой активизации оппозиции.
Второй путь – вступить в полноценную войну. Шанс на успех в этой войне у Ирана есть только в одном случае – нанесение максимального ущерба американцам: топить их корабли, сбивать самолеты, поражать живую силу. Отметим – ключевую роль будет играть нанесение ущерба именно США, а не Израилю.
Израиль готов к жертвам во имя уничтожения иранского режима, а потому нанесение по нему ударов Ираном, какой бы мощи они ни были, практически никакого эффекта не даст. Штаты же к жертвам не готовы.
Большинство американцев против войны в Иране. И, в целом, против Трампа.
Поэтому если Иран сможет нанести военным США серьезный урон, сконцентрировав именно на них, а не на Израиле, основной удар, то это может вызвать политическое цунами в Штатах, которое способно парализовать внешнюю (особенно военную) активность администрации Трампа на долгий период.
Если же Иран сможет еще и Ормузский пролив перекрыть, что вызовет рост цен на нефть, негативный эффект для внутренней ситуации в США будет максимально усилен.
Безусловно, американцы и Израиль эту угрозу понимают, а потому наверняка постараются ее минимизировать как военным путем (пресекая своими ударами попытки атак Ирана), так и политическим (ведя работу по подрыву стабильности иранской власти изнутри, пытаясь провернуть вариант как в Венесуэле с Мадуро).
В любом случае, риск для Трампа крайне велик.
Но, судя по всему, он посчитал его оправданным.
Возможно, после болезненного удара от Верховного суда США, который отменил пошлины, ослабив переговорную позицию с главой КНР Си Цзиньпином, с которым у Трампа встреча через месяц, президента США его окружение убедило, что теперь нужно компенсировать это яркой военной акцией, показав всему миру (и Китаю в первую очередь), что американцы могут безнаказанно обращать в пепел целые страны.
Но, если расчет на "маленькую победоносную войну малой кровью" не оправдается, Трамп может потерять практически все.
Ставки для него предельно высоки.
Что касается войны в Украины, то влияние на нее событий в Иране будет зависеть от их хода. Если операция на Ближнем востоке закончится быстро и позитивно для США, то это, в зависимости от настроения Трампа, либо никак не повлияет на переговоры о завершении войны в Украине (что там сейчас происходит мы анализировали в отдельном материале), либо их перспективы резко ухудшит, так как усилит позиции "ястребов" в окружении президента США, которые считают, что с прекращением огня торопиться не стоит, а нужно использовать и далее войну в Украине как фактор давления на РФ.
Соответсвенно, резко вырастет и вероятность ядерной эскалации в отношениях Москвы и Вашингтона. Если война затянется и примет тяжелый для Америки характер, то это полностью отвлечет Трампа от Украины, вплоть до выхода США из переговорного процесса (если не де-факто, то де-юре).
И дальнейшее уже будет зависеть не от усилий Трампа, а от того, что произойдет на поле боя и в тылу (экономика, социально-политическая стабильность) обеих воюющих стран.